Алина Бровина рассказала о значении мифа о Дидоне и Энее,  живописных работах,  воркшопе к выставке  и значении совместной работы,  Лиза Цикаришвили поделилась мыслями об устройстве экспозиции, а Дарья Болдырева о скульптурных и живописных работах Алины

Алина Бровина

«Для меня это получился сложносплетенный проект. Про личное, про воспоминание, про эмиграцию, универсальный женский опыт и сопротивление».

«Мы будем делать совместную «Карту Нежностей/ Карту Шрамов». Во время воркшопа участники создадут личную топографию чувств. На поверхности карты появятся горы ожиданий и долины утрат, озера тоски и моря надежды. Это приглашение для разговора о телесной памяти и географии закоулков, напоминающих о былом».

Лиза Цикаришвили

«Экспозиция была собрана в соответствии со специфической архитектурой пространства галереи, значительно отличающейся от белого куба, и, конечно, исходя из ключевых смысловых линий самого проекта. Основной выставочный зал имеет базиликальный тип с высоким потолком и старинным кирпичом. Отсюда неизменная ассоциация с неким сакрализованным пространством».

Дарья Болдырева

«Текстильные скульптуры Алины — это действительно «анти-монументы». В пику скульптурам на пьедестале из камня или бронзы, посвященным героям, объекты художницы сознательно созданы из мягких, податливых материалов нежных, телесных оттенков. Многие формы будто вывернуты наизнанку, нарочито обнажая швы, что читается как метафора обнаженных чувств и уязвимости. Использование интимных, часто скрытых от посторонних глаз материалов — винтажного нижнего белья, капрона — усиливает это ощущение тактильной близости и личной памяти. Эта поэтика мягкости и телесности перекликается с традицией британских художниц 80-х, таких, как Сара Лукас, которые через текстиль и найденные объекты также исследовали телесное, гендерное и память».

Полное интервью художницы и кураторов → в журнале «Объединение»